Кто и как оказывает медицинскую помощь в барнаульском СИЗО №1

Здравоохранение за колючей проволокой

13.09.2019 в 06:30, просмотров: 1133

Медперсонал - одни из первых сотрудников следственного изолятора, с которыми встречаются заключенные. Каждый, кто попал за решетку проходит комплексное обследование и только после вердикта врачей переходит в общие камеры. Корреспондент «МК на Алтае» побывала в барнаульском СИЗО и узнала, как устроена тюремная медицина.

Кто и как оказывает медицинскую помощь в барнаульском СИЗО №1
фото пресс-службы УФСИН по Алтайскому краю

Несколько пропускных пунктов, решеток и железных дверей ежедневно преодолевают медики следственного изолятора, чтобы добраться до рабочего места. Этот же путь проделала я в сопровождении начальника медицинской части СИЗО №1 Андрея Лаврентьева. На этаже, где расположена медсанчасть несколько врачебных кабинетов: тут ведет прием терапевт, здесь - стоматолог, в этом перевязочная, а здесь беседует с заключенным психиатр…. Несколько палат, где лежат пациенты, находящиеся на стационарном лечении. В конце коридора - лаборатории, рентгенкабинет.

В принципе, все как в обычной больнице, если не обращать внимания на решетки отгораживающие доктора от пациента, так называемые «стаканы» - клетки, в которых ждут своей очереди на прием больные, массивные двери с засовами на больничных палатах и конвой.

В медсанчасть заключенных приводят группами - не более пяти человек, чтобы не создавать очереди. Ежедневно медицинские работки проводят обход камер: раздают прописанные лекарства, проводят осмотры, интересуются самочувствием заключенных, тех, кто нуждается в помощи, записывают на прием.

Александр (все имена заключенных изменены) пожаловался на температуру. Пока он ждал приема к терапевту, нам удалось немного переговорить. Парень, рассказал, что узнал, про то, что у него ВИЧ только попав за решетку. На воле нужды, да и желания ходить по врачам не было. Все время уходило на наркотики и алкоголь. Как и все заключенные, он прошел обследование и узнал о своей болезни. Услышав диагноз, впал в отчаяние, говорит, был бы на воле, наверное, ушел бы в запой, но врачи объяснили, что с этим заболеванием можно жить долго, если соблюдать медицинские показания и вести здоровый образ жизни. Сейчас он проходит специальную терапию, выполняя все рекомендации докторов. «Даже курить бросил - жить то хочется», - добавляет парень.

В отличие от Александра, для Ольги вердикт врачей стал радостным известием. Пройдя обследование у гинеколога, она узнала, что беременна. «Мы с мужем давно мечтали о ребенке, но все как-то не получалось. И вот - у нас будет сын! Обидно, конечно, что так все вышло, что малыш родится в неволе, но чтобы сделать аборт, даже мыслей не было», - говорит будущая мама.

Молодую женщину обвиняют в причинении тяжкого вреда здоровью - порезала мужчину, который, как она уверяет, напал на ее мужа. К слову сказать, отец будущего ребенка, тоже дожидается суда в этом же СИЗО. Срок обоим светит не маленький, но об этом Ольга сейчас даже думать не хочет: «Главное, чтобы малыш родился здоровый, а дальше - будь, что будет».

На днях ее перевели из общей камеры в палату медсанчасти, где она находится под постоянным наблюдением медиков. «Скучно, конечно, но так спокойней. Доктора всегда рядом», - говорит она.

А вот Оксане скучать не приходится. В следственный изолятор она попала на большом сроке беременности. В июне родила девочку. Камера, в которой содержится женщина с ребенком, больше похожа на детскую комнату: кроватка, пеленальный столик, ванночка для купания, столик для кормления, электрическая плитка… Уютно, по-домашнему. Претензий к условиям содержания у женщины нет: кормят неплохо, на прогулку с малышкой выводят. Терзает другое - дома осталась шестилетняя дочка, которая сейчас живет с бабушкой и не знает, что мама за решеткой.

- Я по возможности общаюсь с ней по телефону. Говорю, что лежу в больнице. А если дадут реальный срок и отправят в колонию? Даже не знаю, что тогда и придумать. В командировку уехала? Да и Сонечку (новорожденная малышка) жалко. Ни деревьев, ни травки не видит. Только решетки кругом, - сдерживает слезы Оксана.

Молодую маму обвиняют в распространении наркотиков. Сама она уверяет: не виновна - подставили. Если же вина будет доказана и приговорят к реальному сроку, женщину этапируют в специальную колонию, где отбывают наказание мамочки с детьми.

Еще один пациент, которого мы посетили в ходе обхода медсанчасти - Владимир. На больничную койку он попал с бронхиальной астмой. После осмотра врачи медсанчасти назначили ему еще и профилактическую противотуберкулезную терапию.

- Плохо стало в «автозаке», когда в СИЗО везли. Сразу в больничку попал. Уколы проставили, капельницы. Сейчас чувствую себя лучше. Вот письма жене с дочкой пишу, - говорит Владимир.

Попался мужчина на мелкой краже, вернее, даже украсть ничего не успел - залез в чужой дом, где и застал его наряд полиции, который вызвали соседи. Так как за плечами уже есть судимость, заключили под стражу. На вопрос: «Зачем полез?»  Отвечает: «Пьяный был, дурак».  

По словам Андрея Лаврентьева, много преступлений совершается именно под воздействием алкоголя. Не редки случаи, когда у людей, которые пили годами а, попав в неволю и резко прекратив употребление спиртного, начинается алкогольный делирий, так называемая белая горячка.

- Наши медики при осмотре видят тех, у кого может возникнуть синдром алкогольной отмены. Таких пациентов помещаем в отдельные палаты, так как они могут представлять опасность не только себе, но и окружающим. Дело в том, что этот синдром сопровождаются галлюцинациями. Больные видят змей, монстров, бывших или нынешних жен…. Тогда вызываем бригаду психиатров и увозим в отделение неотложной наркологической помощи, где такие пациенты проходят лечение, - поясняет начмед.

Андрей Валерьевич работает в СИЗО уже 11 лет. Вспоминает: самым сложным периодом были 2012-2016 годы, когда массово поступали дезоморфиновые наркоманы.

- Это был страшный наркотик. У пациентов гнили руки, ноги, так как дезоморфин оставляет ужасные ожоги на месте введения инъекции.  И если эти раны мы еще могли лечить, то в остальном последствия были необратимые.  Наркотик разрушал мозг, печень, почки, сердце, - рассказывает начмед.

Последние годы, говорит он, наркозависимых заключенных поступает не много. Сидят в основном те, кто не употреблял, а распространял наркотики. Снижается и число больных туберкулезом. Если раньше количество таких пациентов доходило до 100 человек, то сейчас не превышает сорока. По словам Андрея Лаврентьева - это результат  профилактической и лечебной работы, как врачей учреждений УФСИН, так и гражданских медиков.

- Обидно слышать, когда говорят, что человек заразился туберкулезом в тюрьме. Он не заразился здесь, просто мы выявили заболевание. Не окажись он здесь, возможно, так бы и не знал, что болен и дальше распространял бы инфекцию среди окружающих. Все заключенные при поступлении, а также каждые полгода, проходят обследование. Наша задача выявить болезнь, и это касается не только туберкулеза, но и других заболеваний, например, онкологии, на ранних стадиях, чтобы своевременно начать лечение. Если пациент нуждается в узкоспециализированной, высокотехнологичной помощи, например, кардиологической, подключаем гражданских врачей из лечебных заведений, с которыми заключены договоры, - поясняет Лаврентьев.  

Все заключенные, уточняет он, для медицинского персонала в первую очередь - пациенты. «Мы даже не знаем, по какой статье обвиняют человека. Для нас это излишняя информация, которая волей неволей может вызвать предвзятое отношение. Наша задача проводить профилактику, следить за здоровьем тех, кто содержится в следственном изоляторе и оказывать медицинскую помощь, а не вникать в детали уголовного дела», - подводит итог нашей экскурсии Андрей Валерьевич.