О блокировке «Телеграма» и «бегунках»
В наши дни не только в Алтайском крае, но и по всей России особую обеспокоенность следственных органов вызывают преступления, где каналом связи или так называемым местом выступает сеть «Интернет». Как рассказывает руководитель четвертого отдела по расследованию особо важных дел краевого СК Николай Телинг, речь идет о вовлечении детей в мошеннические схемы, о вербовке в запрещенные организации, о распространении наркотиков, о половых преступлениях. Если в последнем случае при возбуждении уголовного дела дети становятся потерпевшими, то в трех первых — подозреваемыми.
Схема взаимодействия с детьми в Сети довольно стандартная. Если речь о половых преступлениях, то чаще всего в таких случаях взрослые, представляясь сверстниками юных собеседников, под разными предлогами начинают переписываться со своей жертвой, со временем перемещаясь в плоскость преступлений против половой неприкосновенности. Особо циничные преступники впоследствии прибегают к шантажу и даже к угрозам. Для них все средства хороши — главное, получить желаемое. Как отмечает Николай Телинг, за любые непристойные действия в отношении несовершеннолетнего преступники получают справедливое наказание согласно квалификации преступления. Также следователь подчеркивает — чем младше потерпевший ребенок, тем жестче наказание.
«Если потерпевший ребенок не достиг возраста 12 лет, то есть заведомо в связи с возрастом находился в беспомощном состоянии, то это факт автоматически переводит преступление в категорию особо тяжких. Соответственно, наказание для обвиняемых в разы суровее», — объясняет следователь.
По словам руководителя четвертого отдела СУ СКР по региону, в целом по России, в том числе в Алтайском крае, растет количество преступлений в сфере мошенничества с участием детей. Чаще всего это происходит так — подростки, пытаясь найти источник заработка, выходят на «кураторов» и становятся курьерами аферистов. Их роль простая — забрать деньги у доверчивых потерпевших, а затем передать их « начальству», чаще всего — перевести на криптокошелек. После такой процедуры след денег крайне тяжело найти, поэтому и личности тех самых «кураторов» установить практически невозможно. А вот подростки-курьеры, получающие свой процент от похищенного, все чаще оказываются под следствием — нередко их находят по горячим следам. По словам Николая Телинга, всплеск именно «курьерских» преступлений фиксируется в регионе в течение нескольких лет. При этом злоумышленники-кураторы с каждым годом становятся все изобретательнее. Николай Телинг в подробностях рассказал, как изнутри выглядят эти мошеннические схемы.
«В прошлом году в производстве нашего отдела находилось такое многоэпизодное дело. Обычно те самые кураторы, которые представляются потерпевшим «сотрудниками правоохранительных органов», начинают массовый обзвон по определенному району и заранее отправляют туда подростка-курьера. Бывает, что «бегункам», как их называют, предоставляются командировочные — это и оплата гостиницы и проезда до местности, и деньги на другие расходы. По статистике, когда происходят массовые обзвоны мошенников, с одной территории в двух-трех случаях потерпевшие попадаются на уловку аферистов и лишаются денежных средств. Поэтому курьеры уже заранее приезжают туда и ждут дальнейших распоряжений. В нашей истории подросток приехал в указанную точку, забрал средства и поехал на адрес к другому потерпевшему. Пока он был в пути, первый потерпевший понял, что его обманули, и связался с полицией. В районе Алейска нашего курьера задержали. В ходе разбирательств выяснилось, что он забрал деньги у 12 потерпевших», — рассказывает следователь.
По схожему принципу работают и подростки-наркокурьеры. По словам руководителя отдела, все общение между кураторами и юными закладчиками в таких случаях, как и в случаях с мошенниками, происходит в мессенджере «Телеграм», поэтому найти организатора схемы наркотрафика довольно проблематично.
«У них есть свои методы конспирации. Они постоянно на связи с курьерами, поэтому если подростки перестают отвечать, они понимают, что произошел какой-то сбой. Быстро удаляется переписка, меняются никнеймы. Поэтому преступление зачастую удается пресечь лишь на уровне закладчиков», — отмечает Телинг.
Следователь и его коллеги едины во мнении, что сейчас все зло, с которым подросток может столкнуться, идет из Интернета. По словам руководителя отдела, «Телеграм», несмотря на замедление и попытки блокировки, остается самой проблемной площадкой с этой точки зрения. И вместе с ограничениями работы мессенджера правоохранители пока что не увидели значительного снижения количества преступлений. Это объясняется тем, что молодежь знает, как обходить блокировки.
«На мой взгляд, с учетом современных реалий и угрозой безопасности населения, спецслужбы все-таки должны иметь доступ для именно контроля. Должны быть инструменты, которые позволили бы пресечь подготовку к совершению террористических актов и других преступлений. Разработчики же видят, что там (в «Телеграме». — Прим. ред.) происходит. Одно дело, когда люди вступают в личную переписку, и совсем другое, когда речь идет о мошенниках, распространении наркотиков, половых преступлениях, диверсиях. Почему это не пресекается (разработчиками. — Прим. ред.), лично мне не вполне понятно», — рассуждает Николай Телинг.
Собеседник отмечает, что, как правило, подростков-курьеров вычисляют по горячим следам. Однако есть еще один признак того, что молодой человек свернул на кривую дорожку, о котором должны знать родители. У подростка, подрабатывающего таким образом, может, к примеру, внезапно появиться новая фирменная одежда или последняя марка дорогостоящего смартфона. Ведь дети за свою работу получают процент и, как правило, начинают тратить «легкие деньги» на себя. Отсюда и последние айфоны, и новые фирменные кроссовки, и угощение одноклассников пиццей. Эта жизнь на «широкую ногу» длится недолго — правоохранители достаточно быстро устанавливают личность «бегунка» и задерживают его.
У злоумышленников также есть отдельная категория юных «работников», именуемая «спортики». Это подростки, которых кураторы нанимают, чтобы кого-либо проучить. Сейчас одно из таких дел находится в производстве четвертого отдела. В нем фигурируют два таких «спортика», которые напали на девочку в одном из парков Барнаула. Их наняли «кураторы» для того, чтобы проучить юную горожанку — мол, она обкрадывала тайники с наркотиками и должна получить по заслугам. Впоследствии было возбуждено уголовное дело. Следователи выяснили, что «спортики» оказались не из простых — ранее они уже попадали в спецшколу.
Били цепями и камнями
Спикер рассказывает, что за последние годы возросло количество преступлений террористической или экстремистской направленности с участием детей. В начале года следователи четвертого отдела по расследованию особо важных дел краевого СУ СК завершили разбирательства по двум таким делам. Они были связаны с публичными призывами к террористической деятельности и оправданием терроризма в Сети (ст. 205.2 УК РФ). Фигуранты этих дел — два подростка из региона — оставляли комментарии под постами. Фразы содержали запрещенную риторику. Эти дела переданы в суд для рассмотрения по существу.
Также руководитель отдела сообщил, что в мае текущего года следователи проверяли нескольких подростков на предмет причастности к организации, признанной террористической на территории РФ. Эту ячейку основал житель Украины. По этическим соображениям редакция не будет упоминать название организации и имя ее лидера.
«Члены этой террористической группировки придерживаются идеологии неонацизма и насильственного свержения власти. Также один из принципов этого движения — нетерпимость к лицам неславянской внешности и к людям, ведущим маргинальный образ жизни», — пояснил Николай Телинг.
При обысках следователи предварительно установили, что подростки могут иметь отношение к террористической ячейке. В итоге двоих из них задержали. Также правоохранители полагают, что упомянутые молодые люди посещали заброшенные здания и нападали на лиц без определенного места жительства. Избиения они снимали на камеры телефонов — кадры имеются в распоряжении следствия. К счастью, обошлось без смертельных исходов. Однако происходящее стало поводом для уголовного дела. На момент беседы в городе, где была зафиксирована деструктивная активность, работала следственная группа.
«Предварительно установлено, что потерпевшим наносили удары ногами и руками, камнями, цепями. Также у нападавших имелась неонацистская атрибутика. Происходящее они снимали на камеру телефона. До недавнего времени мы (четвертый отдел по расследованию особо важных дел алтайского СУ СКР. — Прим. ред.) подобными делами не занимались. Но, учитывая современные реалии, эти дела сейчас передаются в соответствующее подразделение следственного органа», — поделился эксклюзивными подробностями Николай Телинг.
Резню предотвратил учитель
Также в производстве четвертого отдела краевого Следкома на данный момент находится не менее серьезное уголовное дело. Речь идет о приготовлении к убийству в школе двух и более лиц. На этапе следствия правоохранители установили, что в одном из районов региона ученик местной школы — приверженец одного из деструктивных движений — собирался совершить массовое убийство. Парень готовился напасть на школьников и учителей. При себе у него был нож. Следователь отмечает, что школьник ранее уже привлекал внимание правоохранителей и какое-то время находился в спецшколе. По всей видимости, это ничему не научило юношу. Сейчас ему вменяют два состава преступлений. Парень с начала года находится в СИЗО.
«Он причислял себя к этому движению и был ярым его сторонником. На допросах он откровенно заявляет об этом. Мы приходим к выводу, что подросток глубоко погружен в тему и восхищается такими же сверстниками, которые уже совершили подобные преступления. Кроме того, он подыскивал единомышленников, которые в час Х пошли бы с ним. Но те, с кем он общался по этому поводу, оказались более осознанными и отвергли предложение», — отмечает спикер.
По его словам, кровавого побоища в школе удалось избежать благодаря отчасти случайности и бдительности учителя. В тот день парень пришел в школу с четким намерением совершить страшное деяние. Когда он переодевался в специально приготовленную для этого одежду с соответствующей атрибутикой, в раздевалку зашла учительница. Юноша замешкался. К тому же у него выпал нож, который он пронес в школу. Педагог заметила это и отреагировала. Впоследствии информация поступила в полицию. К делу подключились сотрудники Центра противодействия экстремизму ГУ МВД России по Алтайскому краю. При обысках правоохранители нашли личные записи юноши — оказалось, он тщательно готовился и фиксировал свои мысли.
Следователи, которые работают с ним сейчас, отмечают, что на данный момент юноша не раскаивается в своих поступках. Однако правоохранители даже в таких случаях не перестают надеяться, что со временем осознание и раскаяние все-таки придет к нему и к таким, как он.
Дети в неволе
На этапе предварительного следствия обвиняемых подростков крайне редко заключают под стражу. По сложившейся практике, от общества изолируют тех, кто представляет опасность для него. Также путь в СИЗО уготован тем, кто, будучи под домашним арестом или под подпиской о невыезде, совершает новое преступление. Подростки-рецидивисты тоже, к сожалению, существуют в наши дни. Следователи трезво оценивают ту или иную ситуацию и принимают необходимое решение относительно меры пресечения — прежде всего, ключевую роль в этом вопросе играет безопасность общества.
Что такое СИЗО? Это камера, режим, прогулки по расписанию, визиты следователя и редкое общение с родными. В таких условиях начинаешь ценить то, что дано тебе по праву рождения — свободу. Вспоминаешь, как хорошо было просто выйти из дома, сходить в магазин, поговорить с друзьями. Но в условиях изолятора это становится невозможно. Вместе с этим ко многим арестантам приходит осознание и искреннее раскаяние. Но не ко всем. Такая же ситуация складывается и с подследственными подростками. По словам следователя, бывает такое, что молодой человек признает вину и в подробностях рассказывает о преступлениях, но не раскаивается в них. Почему так? Наверное, это зависит от человека, и никакое СИЗО в таких случаях не вызовет в нем это чувство.
Существует популярное среди обывателей мнение, что, если подросток сформировался как личность в криминальной среде и тем более в юном возрасте попал в закрытую спецшколу или колонию, его дальнейшая взрослая жизнь будет связана с криминалом. Николай Телинг считает, что в этом вопросе есть доля правды, поскольку зачастую на преступления идут подростки, которые ранее попадали в поле зрения правоохранителей. Однако бывает и так, что несовершеннолетний, получив наказание, для себя решает: с криминалом покончено. К сожалению, таких случаев в разы меньше.
Привязывали к турнику и били
Страшно, когда ребенок оказывается за решеткой. И не менее жутко, когда чадо становится объектом насилия в любом его проявлении. По словам Николай Телинга, преступления, совершенные против половой неприкосновенности несовершеннолетних, фиксируют в регионе из года в год. Какого-то резкого скачка статистики в ту или иную сторону не прослеживалось. То же самое касается убийств детей — непосредственно в четвертый отдел краевого Следкома такие дела попадают очень редко, но в целом по региону убийства детей, к сожалению, имеют место. Достаточно вспомнить расправу над новорожденным в Барнауле или убийство малыша в селе Березовка Рубцовского района. В обоих случаях деток лишили жизни собственные матери. И эти женщины уже понесли заслуженное наказание.
Николай Телинг отмечает: все уголовные дела, в которых в качестве потерпевших выступают дети, остаются в памяти следователей надолго. Правоохранителям приходится каждый день иметь дело с темной стороной жизни, погружаться в ужасные вещи, но при этом оставлять эмоции и гнев за пределами следствия. Изучать дело беспристрастно, с холодной головой.
«Каждое дело с участием детей следователь пропускает через себя и испытывает при этом спектр эмоций. Это, конечно, не в последнюю очередь негодование. От того, что люди идут на совершение таких преступлений», — рассказывает собеседник.
У Николая Телинга были такие дела, детали которых он помнит даже спустя годы. Одно из недавних дел касалось преступления против половой неприкосновенности ребенка. О нем стало известно в процессе расследования дела о покушении на убийство семьи путем поджога. В ходе разбирательств выяснилось, что потерпевший сам в течение нескольких лет совершал насилие над своей дочерью. Девочка никому не рассказывала об этом. Однако психолог, который работал с потерпевшей, понял — в этом деле что-то не так. В то же время со своей стороны следователь начал погружаться в, казалось бы, «побочную» историю, что в итоге привело к возбуждению дела в отношении потерпевшего. Главу семейства признали вменяемым. В суде он отрицал вину. Не так давно мужчину приговорили к длительному лишению свободы.
Еще одно страшное уголовное дело несколько лет назад находилось в производстве Каменского межрайонного следственного отдела СУ СК по региону. В те годы его возглавлял Николай Телинг. Началось все с того, что семья решила усыновить четверых детей из детского дома, будучи родителями двух собственных. Так мальчики, оставшиеся без родителей, обрели приемных. Но детские мечты о любящей семье рухнули, как только ребята, самому младшему из которых было пять лет, перешагнули порог дома.
У приемной матери было достаточно большое подсобное хозяйство. И властная женщина буквально взяла мальчиков из детского дома в рабство — она заставляла их работать, эксплуатировала детский труд, за любую провинность детей жестоко избивали. При этом двое родных детей к работам не прикасались — женщина эксплуатировала только труд приемных ребят.
Страшные наказания сродни пыткам ждали мальчиков за любой поступок, который не понравился приемной маме, не говоря уже о каких-то провинностях. Издевался над ребятами и старший сын женщины. Мальчишек били палками, шлангом, руками, с силой толкали. Систематические истязания продолжались в течение почти пяти лет.
«Мальчиков подвешивали за ремни к турнику и били ремнями, палками. Поводом для избиения было, к примеру, неисполнение «рабочих» обязанностей: мало свиньям приготовил — получи, что-то по дому не сделал — получи. Был даже случай, когда один из мальчиков попросил в школе дополнительную порцию еды, а позже об этом стало известно приемной матери. Ей это не понравилось, и в итоге ребенок был жестоко наказан», — делится подробностями Николай Телинг.
Неизвестно, сколько бы могло продолжаться систематическое истязание, если бы два мальчика не решились на побег. Ребята оставили страшный дом, прибежали к своим знакомым и все рассказали. Свежие побои были зафиксированы, уголовное дело возбудили в отношении приемной матери и ее родного сына. Мальчиков изъяли из семьи. А женщина и ее родной сын получили заслуженное наказание.
Про группировки и родителей
Как рассказывает следователь, сейчас в регионе как таковых подростковых банд, как в нашумевшем сериале «Слово пацана», нет. Это все-таки пережиток прошлого. Однако улица все еще остается авторитетом для отдельных молодых людей и оказывает свое негативное влияние.
«На мой взгляд, как таковые группировки или банды ушли в прошлое. Допускаю, что в каком-то виде они есть, но это не так массово и заметно для обычного гражданина. В 90-е любой обыватель мог с этим явлением столкнуться. На данный момент у нас нет информации, что в какой-либо части региона существуют подобные подростковые группировки, которые терроризируют население. Я думаю, если бы такое явление было, об этом бы быстро стало известно правоохранительным органам», — подчеркивает следователь.
Как защитить своего ребенка? Как донести подростку, с которым порой невозможно найти общий язык, что плохая компания, переписки с незнакомцами, сомнительные предложения заработка и подобные вещи могут разделить жизнь на до и после? Пожалуй, универсального ответа на этот вопрос нет. Однако следователи, как и психологи, состоящие в штате следственного управления Следственного комитета РФ по Алтайскому краю, уверены — с ребенком, прежде всего, нужно разговаривать. Слушать и слышать его. Доверять ему. Стать для маленького человека авторитетом и другом. Важно занять его делом, которое пришлось бы ему по душе, будь то спорт, танцы или изучение языков. И конечно, на каком-то этапе взросления не обойтись без контроля в Сети. Ведь каждый родитель должен знать, чем живет его ребенок. Так можно предотвратить беду.
Читайте также
